Как следовало из материалов дела, спорное жилье было приобретено в 2012 году в общую долевую собственность (по 1/4 доли каждому) на средства материнского капитала. Собственниками долей являлись: истец, ее бывший супруг, а также двое несовершеннолетних детей. Впоследствии дети подарили свои доли истцу, в результате чего ее доля увеличилась до 3/4. Однако 1/4 доля, принадлежавшая бывшему супругу, осталась в его собственности. Брак между супругами был расторгнут в 2012 году, а в ноябре того же года бывший супруг истца скончался, не оставив завещания. Наследники наследство не принимали, наследственное дело не заводилось. 

     Истец полагала, что вправе претендовать на данную долю, поскольку с 2012 года она несла бремя содержания всей комнаты, оплачивала коммунальные услуги и пользовалась помещением как своим собственным. Кроме того, она указывала на незначительность доли (3,1 кв. м), которая, по ее мнению, не пригодна для самостоятельного использования и выделения в натуре. 

     Исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд указал, что для признания права собственности в силу приобретательной давности необходимо доказать совокупность условий: добросовестность, открытость и непрерывность владения имуществом как своим собственным в течение 15 лет. 

     Поскольку истец достоверно знала, что 1/4 доля в комнате ей не принадлежит, и не могла не знать об отсутствии у нее правовых оснований для владения этой частью недвижимости, спорная доля (принадлежавшая умершему) в силу закона является выморочным имуществом и перешла в собственность муниципального образования, администрация не отказывалась от своих прав на данное имущество, напротив, в материалах дела имеется ответ, подтверждающий намерение муниципалитета оформить эту долю в собственность в установленном порядке, суд пришел к выводу, что истец не доказала наличие условий для приобретения права собственности в силу давности владения, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований отказал.

     Решение суда вступило в законную силу.